Я назван в честь прадедушки с папиной стороны - его тоже звали Лев. Он был Лев Самуилович, и меня зовут Лев Самуилович. Корни прадедушки из Белоруссии, но отец и дедушка родились в России, в Горьком, сейчас это Нижний Новгород. Прадедушка был ярым идейным коммунистом, но тем не менее его посадили в тюрьму как врага народа. Это были сталинские 30-ые годы прошлого века. Я пытался интересоваться судьбой прадедушки, но и сами родители немного знали об этом — в Советском Союзе были абсолютно уничтожены, напрочь закрыты все архивы. Папин отец был военным, подводником, участвовал в Великой Отечественной войне. После войны дедушка служил на Дальнем Востоке, потом его перевели в Эстонию, в Палдиски. В Палдиски был построен учебный центр для обучения подводников, и дедушка обучал там курсантов. Папе в то время было около 10 лет. Прабабушка была из богатой семьи, во времена НЭП у её семьи были свои магазины. Бабушка по профессии была химик. Мамина семья Гринфельд из Молдавии. Мама родилась в городе Арциз, Одесской области. Но потом семья жила в Бендерах, сейчас этот город стоит на границе Приднестровья с Республикой Молдова. Бабушка и дедушка с маминой стороны были учителями. У маминой бабушки в семье было очень религиозно: соблюдали кашрут, Шабат, отмечали еврейские Праздники... Уже, к сожалению, в семье моей бабушки с соблюдением еврейских Традиций было не очень... Но бабушка соблюдала Седер Песах , я не говорю, что это было религиозно, но хотя бы традиционно. У моих бабушки и дедушки с папиной стороны, в семье был полный «коммунизм», то есть, всё забылось... Что касается моих родителей, они уже мало знают о еврейской религии и, практически, не соблюдают еврейские Традиции. Думаю, что знаю о еврейской религии в десятки раз больше, чем они.
Мама с папой познакомились в Ленинградском Педагогическом институте имени Герцена, где они учились. Я родился в 1985 году. Помню, с самого раннего детства ездил отдыхать к бабушке в Молдавию. Там хорошо проводил лето. В Молдавии лето было всегда жарким, каким настоящее лето и должно быть:) Так я ездил несколько лет. На лето 1991 года я снова должен был поехать. Вот мы уже собираемся.., и тут звонит моя бабушка и говорит маме: «Элла, здесь началась война...» Город Бендеры стал фронтом вооружённого конфликта в Приднестровье. В советское время город Бендеры, можно сказать, был еврейским городом - 60-70% населения были евреи. Во время Приднестровского конфликта Сохнут пытался сделать всё возможное, чтобы помочь всем желающим евреям очень срочно покинуть Молдавию и выехать в Израиль. Так как в Бендерах проходили боевые действия, то заказанные Сохнутом автобусы (их было 6-7 ) не могли въехать в Бендеры. Может вы слышали, что город Тирасполь, нынешняя столица Приднестровья, соединена с Бендерами через реку Днестр мостом? Так вот, тогда сохнутовские автобусы ждали евреев в Тирасполе возле моста на другом берегу Днестра, и евреи, в их числе и моя бабушка, бежали под пулями по мосту до автобуса... Всё нажитое имущество, квартиры, дома — всё было брошено, всё оставлено... Бабушка побежала с одним чемоданчиком.., смогла взять только документы, из вещей взяла только то, что сама смогла донести до автобуса... - и вперёд, в Израиль... Автобусы довезли беженцев до Одессы, и оттуда уже самолётом всех перевезли в Израиль. Так с начала 1990-х бабушка живёт в Израиле. Думаю, что реально сейчас евреев в Бендерах нет. Моя тётя как-то звонила в Бендеры своей однокласснице, и та ей рассказала, что там нищета, бедность, очень плачевное состояние...
Я всегда знал, что я — еврей. То, что я — еврей, есть у меня в душе, я родился с генетической памятью. Никогда этого не стыдился и не скрывал, и все мои друзья знали, что я еврей, и никогда никаких неприятностей из-за этого у меня не было. Родители были убеждённые евреи и всегда гордились этим, не скрывали этого и не меняли фамилию. Папа рассказывал мне о Второй мировой войне, какая это была катастрофа для евреев, что евреев уничтожали только потому, что они евреи и ни по каким другим причинам. У нас в семье всегда была связь с родственниками в Израиле.
Когда должен был начать учиться в школе, я поступил в 40-ую школу Таллинна. Я походил там недели две, и папа сказал: «Мой сын должен учиться в Еврейской школе». Так я и начал учиться в Еврейской школе. Еврейскую школу можно рассматривать как бы с двух сторон: с одной стороны, там хорошо учиться, если ты еврей, получаешь еврейские знания; с другой стороны, школа - такое же образовательное учреждение, как любое другое в нашем городе. У меня остались очень хорошие воспоминания о Гене Грамберг. Он пропитан еврейским духом и пытался «Еврейские традиции» преподавать фундаментально. Это я стал особенно хорошо понимать с возрастом. Мне также запомнился Лёва Кемпа, он с энтузиазмом пытался донести до нас еврейство. Игорь Талис, наш классный руководитель и учитель истории — замечательный человек, он всегда был частью нашего класса. Ещё помню, когда в общине был организован самый первый набор на обучение мадрихов, мне тогда было 16 лет. Я тоже там учился и некоторое время активно участвовал в работе общины.
После окончания школы, в 17 лет, я поступил на исторический факультет в Тартуский университет и на юридический - в Таллиннский. Надо было выбрать, где учиться дальше. И в это время от Раввина Шмуэль Кот узнал об открывшемся в Вене Еврейском университете. Он сказал, что там учат бизнесу,и предложил мне поехать туда учится. Я никогда не думал о бизнесе. Но всё-таки решил поехать учиться в Еврейский университет. В 2004 году, в год открытия, в этом университете училось 12 человек. На второй год поступило 7 человек. На третьем году университет набрал 60 человек, сейчас в университете учатся 200 человек. Для поступления в университет сначала сдал экзамен по английскому языку, потом поехал в Москву на вступительные экзамены. Я прошёл все тесты и в октябре 2005 поехал учиться в Вену. Учиться было страшно тяжело, совсем другой уровень. Сначала я был к этому не готов. Но потихоньку стал подтягивать свой английский , так как всё преподавание было на английском языке. Жизнь там для меня была очень тяжелая, чувствовал одиночество. Начал заниматься спортом, профессионально танцами, занимался каждый день. Но я не был готов к самостоятельной жизни. Через 2 года уехал из Вены. Закончил начатое образование в Эстонской Бизнес Школе EBS. Сейчас вместе со своим другом являемся владельцами косметической фирмы.
Когда только приехал в Вену, я очень сильно был настроен против всей религиозности в еврействе, потому что, когда жил дома, в Таллинне, такое сложилось впечатление, что еврей — это светский человек. Ну, пойти Пурим отпраздновать в ресторане, ещё какое-нибудь мероприятие... - вот так это должно выглядеть. А в Вене, в Еврейском университете, довольно активно насаживался религиозный образ жизни. Для меня это было не очень принято - я не соблюдал кашрут, Шабат... В Вене меня окружало очень много религиозных людей, и в самом начале мне это было не очень приятно. Например, кушаю какой-то гамбургер, который, конечно, не кошерный, и меня видит раввин... - мне было стыдно... Знаете, когда что-то сильно на тебя начинают пихать, естественная реакция - отталкиваешь это. И я сначала был против всего этого. Но потом, со временем, я как-то начал проникаться Настоящей Еврейской Культурой, Настоящими Еврейскими Традициями. Начинал понимать логику того, что говорят учителя. Так как получал еврейскую стипендию, я обязан был посещать курсы иврита и еврейских Традиций. Но это не те еврейские традиции, которые преподавали в школе, это Настоящее изучение Торы. Правила, традиции, кашрут, как это всё соблюдать. Например, как режется мясо и сколько оно должно засоленным пролежать, чтобы стало кошерным. То есть всё, что в Таллинне никто не обучал. И так как я учился длительный период, то начал этим проникаться: почему еврей должен жениться на еврейке, как должна выглядеть свадьба, почему на свадьбе женщины танцуют отдельно от мужчин, почему женщины носят длинные юбки, почему мужчины не стригут бороду и море-море всяких маленьких знаний, которые мне были не известны и раньше казались смешными. А там мне это не казалось смешным, мне всё казалось логичным, потому что такова наша Традиция, в этом сила еврейского народа! Несмотря на все беды, которые на нас свалились за долгие тысячелетия истории, мы всё-равно вместе, мы всё равно сильные! И мы сильны благодаря только одной вещи — религии! И я ставлю знак равно между религией и Традициями. Общая атмосфера в университете, настоящая еврейская жизнь и знания дали такой эффект, что я проникся этим. Мы ходили в пятницу в синагогу, потом из синагоги нас приглашали на шабатний ужин в семьи... Даже помыв руки прежде, чем сесть за стол, опять встаём из-за стола и ещё раз омываем руки для того, чтобы прикоснуться к хале... В Вене я понял, что такое быть евреем. Я понял, что быть евреем - это значит уважать, соблюдать глубоко, до глубины души наши Традиции, поддерживать их во всём; стал понимать, что ЗНАЧАТ наши Традиции, и вести себя, как еврей должен себя вести. Я даже не могу это так просто объяснить словами. Помню, когда жил в Вене, в пятницу синагоги по всему городу полны людей, все молятся. Когда вокруг тебя все соблюдающие евреи, возникают совсем другие ощущения! Там я почувствовал, что значит присутствует Еврейский Дух. В Таллинне, к сожалению, этого нет...
Когда вернулся из Вены, я старался, насколько это возможно в Таллинне, соблюдать кашрут. Но все, окружающие меня, этого не понимали и смеялись над этим.., я слышал неодобрительные, иногда с издёвкой, слова о соблюдающих евреях. А я им отвечал: « Да вы что, ребята? Только благодаря таким людям, как наш Раввин, другим соблюдающим евреям, вы все здесь и есть, и вы все здесь — евреи. Вот такое моё мнение. На мой взгляд, евреи — это религия, это не национальность. Еврей из Марокко — это совсем другой еврей, нежели еврей из Эстонии или еврей из Америки. Мы совершенно разные люди, у нас разная ментальность. Единственное, что нас всех объединяет — это религия. И в Вене я это понял! Опыт, полученный в Вене, помог мне стать убедительным. Поскольку я сам в это верю, то хочу всё это передать своему ребёнку. Я искренне верю и считаю, что в Шабат семья должна собираться вместе, зажигать свечи, соблюдать еврейские Традиции. После того, как вернулся в Таллинн, я стал ходить в синагогу, активно участвовать в еврейской религиозной жизни. Но, к сожалению, жизнь в Эстонии в антирелигиозном обществе, не важно среди евреев или не евреев, очень сильно на меня повлияла, и я стал реже приходить в синагогу...
Сейчас я женат. 1 мая 2011 года была наша хупа. У нас уже родился сын, мы назвали его Илан. Со своей будущей женой мы познакомились на еврейской образовательной конференции «Лимуд», которая проходит раз в году в Вильнюсе. Моя жена — еврейка, родом из Литвы. Она тоже хочет соблюдать еврейские традиции, зажигать свечи на Шабат.
Я убеждён, что еврей должен жениться на еврейке. Мы чётко должны понимать, что мы не русские, мы не эстонцы, мы не немцы, мы не американцы, мы - именно евреи. Может быть сейчас, когда это написано, это трудно понять, но внутри меня эта чёткая граница есть. Когда мне говорят, что не могут найти еврейку, которая нравилась бы, то думаю, что можно найти свою пару, которая понравилась бы, и среди евреев. Помню один случай. Мне было лет 16. Тогда в Таллинн приезжали религиозные молодые евреи из Лос-Анджелеса. Я спросил тогда у одного парня, ему было 26 лет: «Ну вот ты должен жениться на еврейке, а вдруг ты идёшь по улице, тебе понравится, например, американка, испанка или другая?..» Он ответил: «Ты понимаешь, у меня просто стоит как бы внутренний фильтр, я понимаю, что на этой девушке я не могу жениться и не могу с ней иметь детей». Помню, тогда его ответ показался мне странным, а теперь чувствую то же самое. У меня была такая установка внутри, что женюсь только на еврейке, и дети у меня будут только с еврейкой. Вспоминаю, когда первый раз подошёл познакомиться к своей будущей жене, я ей сразу задал два вопроса. Первый был: «Есть ли у тебя парень?» и второй: «Ты - еврейка?» Если мы, евреи, хотим, чтобы мы оставались евреями и продолжали быть евреями, нужно не ассимилироваться. То есть, неважно, где мы живём - нам нужно жениться на еврейках, а еврейкам нужно выходить замуж за евреев.
Я хочу, чтобы мы не забывали свои корни, чтобы мы, евреи, знали, кто мы и откуда мы, чтобы не стеснялись этого, а гордились этим, и чтобы как можно больше стремились приходить в такие места, как синагога.
______________
материал подготовила к публикации: Галиа Келензон
фото: из семейного архива